А.Хамидов: Плевок на закон. Безнаказанный, или Чем занимается узбекская генпрокуратура

Плевок на закон. Безнаказанный

Анализируя взаимоотношения адвокатов и прокуроров, приходишь к неутешительному выводу:
>Генеральная прокуратура Узбекистана, призванная стоять на страже Закона, откровенно злоупотребляет своими полномочиями.
Мягко говоря, она сводит на нет усилия власти, направленные на создание правового государства. Говоря жестко: заведомо умышленно дискредитирует и власть в целом, и первое лицо государства, в частности…

А теперь – письмо адвоката, полученное в субботу 3 ноября.

"Вынужден обратиться к средству массовой информации, так как уже не знаю, что надо делать - кому и какими словами жаловаться на следователя Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан Шавката Умирзакова, беспредельно нарушающего мои права, как адвоката и права моего подзащитного Саидгани Косимхужаева.

Всем, кому не нравиться мое обращение, приношу свои извинения, но я вынужден так поступить, ввиду безвыходности положения, в которое поставил меня следователь и его непосредственное руководство, которое никак не реагирует на мои жалобы и письменные обращения.

А ведь я прошу и требую только соблюдения своих прав и прав своего подзащитного! Если точнее, прошу выдачи мне заверенного гербовой печатью постановления о привлечении к участию в деле в качестве защитника, дающего право на осуществление свиданий со своим подзащитным.

Дело в том, что 25 октября 2007 года вечером около 20.00 часов Саидгани Косимхужаев был допрошен следователем Ш. Умирзаковым в качестве подозреваемого и сразу же после допроса задержан и помещен в ИВС ОВД Кибрайского района Ташкентской области.

28 октября 2007 года без привлечения к участию в деле в качестве обвиняемого в отношении него применена мера пресечения в виде содержания под стражей.

25 октября 2007 года, то есть в день задержания Косимхужаева С.А., я потребовал выдать мне постановление о допуске к участию в деле в качестве защитника. Следователь Ш. Умирзаков вынес и выдал мне постановление, но не стал заверять его круглой гербовой печатью Генеральной прокуратуры Узбекистана. Когда я потребовал сделать это, он ответил категоричным отказом, мотивируя тем, что он в своей практике такие постановления гербовой печатью прокуратуры не заверяет.

Необходимо отметить, что постановление, не заверенное гербовой печатью органа, расследующего уголовное дело, не имеет юридической силы. То есть, учреждение, в котором содержится след арестованный, не разрешает проведение свидания на основании постановления о допуске к участию в деле в качестве защитника.

И это понятно. Наличие гербовой печати подтверждает факт выдачи данного постановления надлежащим органом, ведущим предварительное следствие, за которым числится арестованный. Не знать эти правила следователь Ш. Умирзаков никак не может.

Подобное отношение к правам адвоката, точнее к незаконному ущемлению (ограничению) его законных прав и прав его подзащитного на защиту, я могу расценить как один из способов оказания психологического, а может и физического давления на подозреваемого, заключенного под стражу.

29 октября 2007 года я обратился с письменной жалобой на имя Президента Республики Узбекистан, в копии на имя Генерального прокурора и в копии Омбудсману при Олий Мажлисе Республики Узбекистан, где в числе доводов необоснованного привлечения Косимхужаева С.А. к уголовной ответственности, изложил и факты нарушений его прав на защиту.

30 октября текущего года я вновь обратился с письменной жалобой на имя Генерального прокурора Республики Узбекистан.

31 октября 2007 года я обратился с письменным запросом на имя следователя Ш. Умирзакова с просьбой выдать хотя бы разовое разрешение на свидание с подозреваемым.

1 ноября 2007 года я вновь обратился с письменным запросом к следователю Ш. Умирзакову с просьбой выдать постановление, заверенное гербовой печатью или же отдельное письменное разрешение на свидание со своим подзащитным.

В этом письме я также просил его выдать разрешение на передачу арестованному Косимхужаеву С.А. теплой одежды, так как 25 октября при задержании он был одет налегке (не рассчитывал на свой арест).

Последнее требование было вызвано тем, что изоляторы временного содержания принимают сезонную теплую одежду лишь только с разрешения следователя.
Я просил разрешить передать ему нижеследующие предметы одежды:
Свитер - 1 шт.
Халат стеганный (национальный чапан) – 1 шт.
Комплект теплого мужского белья (рубашка и брюки) – 1 комп.
Майка -1 шт.
Трусы – 1 шт
Носки теплые – 1 пара
Носки х/б – 1 пара
Отрез марли.

Как видите, ничего сверхъестественного или запрещенного.

Я также написал в этом письме, что возможный отказ в разрешении на передачу теплой одежды для моего подзащитного или же затягивание этого вопроса, будет расцениваться как еще один факт оказания следователем психологического и физического давления на моего подзащитного.

Родственники Косимхужаева С.А. за эти дни неоднократно пытались передать в ИВС указанные предметы одежды, но им все время отказывали, мотивируя отсутствием письменного разрешения следователя.

Простите, но даже за скотиной, находящейся в хлеву, хозяин ухаживает и создает ей необходимые условия, а следователь Ш. Умирзаков лишил свободы гражданина Узбекистана, которому Конституция гарантирует определенные права, в том числе, и право на защиту.

Видимо, следователь Ш. Умирзаков по каким-то непонятным мне причинам решил, что лишение закрепленных в Конституции прав, входит в его компетенцию.

Ни на одну мою жалобу, ни на один мой запрос, до настоящего времени ответа я не получил.

Более того, начиная с 28 октября, я ни разу не смог найти следователя Ш. Умирзакова по его служебному телефону (136-11-77).

Каждый день, начиная с 10.00 утра и почти до 20.00 часов, я звонил на номер его служебного телефона и просил пригласить к телефону, но каждый раз, узнав, что адвокат А. Хамидов, мне отвечали, что его нет на месте.

Данный факт можно проверить по расшифровке разговоров с номера моего мобильного телефона.

Мне известно, что в группе следователя Ш. Умирзакова работают множество следователей. Если даже представить себе, что Ш. Умирзаков действительно очень занят расследованием дела, то даже это обстоятельство не дает ему права грубо нарушать законные права адвоката и подозреваемого. Тем более, что выдача постановления или же разрешения на свидание и передачу необходимых теплых предметов одежды, может занять всего несколько минут.

Все это навело меня на подозрение о возможном применении в отношении моего подзащитного физического насилия в условиях его полной изоляции, с целью получения от него признательных показаний.

В связи с этим, в своей жалобе от 30 октября 2007 года, адресованной на имя Генерального прокурора Республики Узбекистан, я просил назначить в отношении Косимхужаева С.А. производство судебно-медицинской экспертизы.

Но, как было указано выше, до сих пор мои жалобы и обращения остаются без какого-либо внимания.

Мне остается лишь только предполагать, что моего подзащитного избили в камере для лиц временного содержания, нанесли телесные повреждения, и по этой причине не могут этапировать его в следственный изолятор (при поступлении в СИЗО арестованные осматриваются врачом на предмет наличия телесных повреждений и заболеваний). Именно поэтому без проведения каких-либо следственных действий, его до сих пор содержат в изоляторе временного содержания, залечивают причиненные ему телесные повреждения или же продолжают оказывать физическое давление, с целью получения признательных показаний.

И чтобы скрыть эти факты, специально под различными бессмысленными предлогами не допускают к нему адвоката.

За восемь дней ареста с участием С.А. Касимхужаева не было проведено ни одного следственного действия. Возникает вопрос: если не было необходимости в проведении следственных действий, то почему арестованного не этапируют в следственный изолятор?

Любопытно и другое: почему следователь Генеральной прокуратуры Республики Узбекистан Ш. Умирзаков может позволять себе грубо нарушать требования действующего законодательства и нарушать законные права граждан?

Почему его даже не пугают мои неоднократные жалобы, направленные в администрацию Президента, на имя Генерального прокурора и Омбудсмана?

Откуда у него сформировалось чувство безнаказанности и вседозволенности?

Кто за ним стоит, кто покрывает его противозаконные действия?

Кому и как нужно жаловаться, если следователь Ш. Умирзаков нарушает права граждан?

Если на него нет управы, то пусть мне об этом сообщат, и я больше не буду беспокоить высокие инстанции своими бессмысленными жалобами".

Абдурахман Хамидов, адвокат.

От редакции: когда материал адвоката был подготовлен к публикации, нам стало известно, что 3 ноября в 11.00 подзащитный А. Хамидова был доставлен из изолятора временного содержания в Генеральную прокуратуру Узбекистана.

С утра и до 20.00 (время проведения очной ставки), С. Касимхужаеву не давали даже поесть…

3 ноября 2007


До того как узнал правду о себе, был правдолюбом. (Б.Крутиер)